Здоровье

Аборты: запретить, ограничить или предупредить?

По поводу искуственного прерывания беременности ходит много противоречивых слухов. Говорят, что такая операция будет стоить бешеных денег.

Сразу несколько жёстких законодательных инициатив поступило на рассмотрение в Государственную Думу. Все они касаются операции по прерыванию беременности. Предлагают «вывести» их из программы обязательного медстрахования, а также запретить в частных клиниках.

Но будут ли радикальные меры благом для женщины и всего человечества? Ведь по статистике количество абортов и в России, и в Приморье, в частности, снижается. Многие врачи убеждены, что не стоит рубить с плеча.

Неужели вернёмся к прошлому?

«Но почему мы забываем о своём же печальном опыте? — говорит Светлана Сагайдачная, главврач клинического родильного дома № 3 Владивостока. — В 1936 году было принято Постановление ЦИК и СНК СССР, запрещающее аборты. В  последующий за ним год рождаемость выросла, число абортов резко сократилось, но уже с 1937 года количество прерываний беременности стало расти, была налажена система нелегальных абортов, их делали варварскими способами и не всегда врачи. В результате возросла смертность от искусственного прерывания и вызванных им осложнений, нахлынула волна преступлений в сфере детоубийства. В итоге в 1955 году закон был отменён. А если сегодня мы снова вернёмся к прошлому? На мой взгляд, количество неучтённых абортов увеличится. Только это будут уже не криминальные операции, а те же прерывания, только с помощью таблеток, от бесконтрольного приема которых могут возникать непоправимые последствия. Возможно, что женщины начнут прибегать и к услугам специалистов из соседних стран. Кстати, в той же Польше сегодня по официальным данным делают 200 абортов в год, а по неофициальным — от 90 до 180 тыс., а рождаемость с 1993 по 2003 г. снизилась на 29 %».

Сегодня главным оправданием прерывания беременности являются медицинские показания как со стороны ребёнка, так и со стороны матери. Это грубые пороки развития, которые в 100 % случаях приводят к гибели плода, тяжёлые заболевания, при которых беременность представляет угрозу здоровью и жизни женщины.

Цифры

Каждое пятое искусственное прерывание беременности в России приходится на девушек-подростков, чей возраст — от 10 до 18 лет.
«Поймите, ни один нормальный врач не может ратовать за увеличение числа абортов, — продолжает Светлана Сагайдачная. — Это наносит огромный вред здоровью. Около 50 % женщин, которые приходят к нам с проблемой бесплодия, когда-то прервали свою первую беременность. Я считаю, что именно профилактика абортов была и будет самым эффективным средством. Безусловно, если пациентка принимает решение прервать беременность — это её право, последнее слово остаётся за ней, но наша задача — подробно информировать женщину обо всех возможных последствиях. Сегодня на базе женской консультации роддома № 3 работает кабинет поддержки семьи. Мы сотрудничаем с клинико-диагностическим центром, православной церковью, социальными службами. Результатом этой совместной работы стало значительное снижение абортов: за пять лет их количество уменьшилось вдвое».

О чём запреты?

А если всё-таки изъять операцию по прерыванию беременности из программы ОМС? Сделать её платной, но не в частных клиниках? Депутатские инициативы — ещё какие дебри. Но главная мысль понятна — таким способом можно пополнить государственный бюджет. Не предохранились — заплатите казне.

«Запретить аборт абсолютно, наверное, невозможно ни при каких условиях, — рассуждает психотерапевт Светлана Новикова. — Понятие запрета подразумевает, что нужно взять на себя ответственность за кого-то, но ведь человек должен сам принимать решение и жить с этим. Женщина имеет возможность предохраняться от нежелательной беременности, и она будет подходить к этому более ответственно при условии собственного осознания, что начало беременности — это начало жизни человека, и она несёт ответственность за её уничтожение и за её сохранение, равно как и за свое здоровье. И в зависимости от этого мы получим результат: потраченные деньги на аборт или счастье материнства. А где делать прерывание — в частных клиниках или государственных — с этической точки зрения, разницы нет. Это вопрос распределения финансовых потоков, но не сохранения жизни».

Светлана Новикова ведёт так называемое «предабортное консультирование» на самом последнем этапе. Когда до прерывания беременности остаётся один шаг.

Почему ранние связи приводят к недетским последствиям?

«Я прихожу в палату, откуда женщины отправляются на аборт, — рассказывает психотерапевт. — Причины, которые вновь подтолкнули их к прерыванию беременности, часто повторяются. Допустим, против рождения ребёнка выступает партнёр или его родители или сама женщина считает, что такому мужчине она рожать не будет. Мамы приводят за руку уже совершеннолетних дочерей, считая, что ребёнок испортит им жизнь, а кредит так и не будет выплачен и карьера рухнет. Бывает так, что решение сохранить беременность перевешивает за несколько минут до операции. Трудно сказать, что является последним аргументом. Думаю, что для многих важно заручиться поддержкой, одобрить выбор в пользу рождения. Мы не отговариваем от аборта, не пугаем и не приговариваем к моральной ответственности. Наша задача — проконсультировать так, чтобы женщина сделала осознанный выбор, взвесив все «за» и «против».

Много споров возникло и вокруг депутатского предложения о запрете «абортов вслепую». Законодатели хотят сделать обязательным демонстрацию женщине сердцебиения плода на УЗИ перед абортом.

«Мы проводим ультразвуковое исследование, но не всем даём увидеть эмбрион, послушать стук сердца, — говорит Светлана Новикова. — Предложение можно обсудить. По большому счёту, женщина должна понимать и, возможно, видеть, что происходит в её организме. Но прежде всего, должно измениться наше сознание, когда контролировать рождаемость будет не государство, а каждый человек. Сколько уйдёт на это времени, сказать сложно. Сегодня 90 % женщин, идущих на аборт, не ассоциируют беременность с ребёнком. Для них это только проблема, которая со временем будет расти».

Мнение эксперта

Александр Талько, протоиерей: «По православным канонам прерывание беременности преследует преступную цель — лишение чадородия. Есть заповедь: «Не убий». Но общество подвержено стереотипам абортивного мышления. Это называется планированием семьи, суть которого в том, чтобы лишить женщин возможностей рожать. Аргумент врачей — опасность криминальных абортов. Но от обычных легальных операций по прерыванию беременности мы несём гораздо больше потерь. Многие женщины умирают как матери, становятся бесплодными. Я согласен с инициативой о необходимости вывести аборты из перечня ОМС. Но запрет — не самоцель. Проблема требует комплексного подхода».

Мнение власти

Татьяна Курлеева, депутат думы Владивостока: «Остро стоит проблема розничной продажи так называемых «таблеток от беременности». Речь идёт о препаратах, которые применяются при медикаментозном прерывании беременности, в частности это мифепристон. Есть мнение, что эти препараты нужно легализовать, продавать в аптеках. Этого делать ни в коем случае нельзя. Уже сегодня те женщины, которые покупают таблетки сомнительного качества с рук, через Интернет и принимают их, поступают в больницы с сильным кровотечением, с большим риском для жизни. Медикаментозный аборт проводится под строгим контролем врачей, акушеров-гинекологов, при ультразвуковой диагностике. Учитываются многие факторы — общее состояние здоровья, противопоказания, срок беременности. В этом направлении необходима большая просветительская работа».

Смотрите также:

  • От шопоголизма до психического расстройства один шаг. Как его не сделать? →
  • Разработаны новые санитарные условия, касающиеся труда женщин →
  • Хоспис: врачи могут забрать боль последних дней →

Источник

Show More

Related Articles

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

3 + 2 =


Яндекс.Метрика
Close
Close